Острый живот

Термином «острый живот», несколько необычным для строгой медицинской речи, обозначается одно из опаснейших патологических состояний человека. В отечественном медицинском лексиконе это словосочетание утвердилось сравнительно недавно, менее ста лет назад. Источником принято считать переводное издание (1940) руководства по неотложной гастроэнтерологической диагностике, автором которого был известный французский хирург А.Мондор. Возможно, в европейской медицинской среде этот термин употреблялся и ранее. Возможно также, что суть рассматриваемого патологического статуса более точно отражал бы другой образный оборот, которым пользовался Анри Мондор: брюшная катастрофа.

Острый живот, таким образом, – состояние неотложное. По характерному сочетанию внешних и пальпаторных симптомов оно должно сразу же распознаваться любым присутствующим медработником (не только врачом-гастроэнтерологом) с немедленным вызовом «Скорой помощи» и госпитализацией. Собственно, это состояние было известно врачевателям за десятки веков до появления понятий «Скорая помощь» и «госпитализация», но реальные шансы спасти больного появились и стали возрастать лишь в новейшей истории.

Сегодня врачи в отношении «брюшной катастрофы» обсуждают те же проблемы, что и сто лет назад. Главная проблема – фактор времени: чем быстрее оказывается квалифицированная и технически обеспеченная медицинская помощь, тем благоприятней прогноз, и наоборот. Это подтверждается вновь и вновь. В частности, специальное аналитическое исследование, проведенное в Санкт-Петербурге на статистическом материале за период 1991-2002 гг, доказало: при промедлении всего на несколько часов летальность среди больных, госпитализируемых с острым животом, возрастает в 3-4 раза (в зависимости от этиологии и тяжести состояния к моменту стационирования). К счастью, случаи запоздалого оказания помощи становятся все более редкими, и важную роль здесь играет возрастающая медицинская грамотность населения в сочетании с развитием системы муниципальной и частной неотложной помощи. Однако последнее касается, в первую очередь, больших городов, тогда как во многих регионах ситуация остается, по меркам третьего тысячелетия, неудовлетворительной.

Причины

Следует понимать, что острый живот – это не диагноз и не болезнь, а синдромологический статус, который может развиться в рамках различных заболеваний и по разным причинам. Так, наиболее распространенными из гастроэнтерологических причин являются:

  • прободная язва желудка и двенадцатиперстной кишки;
  • острый аппендицит;
  • флегмонозный холецистит и/или перфорация желчного пузыря;
  • кишечная непроходимость;
  • острый панкреатит;
  • ущемление грыжи.

Однако в ряде случаев острый живот не связан с заболеваниями желудочно-кишечного тракта. Так, частой причиной является тяжелая абдоминальная травма, особенно проникающая или с разрывом селезенки, мочевого пузыря, кишечника и т.д. Другой «бесперебойный поставщик» – гинекологическая патология, прежде всего внематочная беременность, разрыв или перекрут ножки кисты яичника.

Наконец, клиника брюшной катастрофы может развиться вследствие и на фоне катастрофы сосудистой: тромбоз мезентериальных (брыжеечных) артерий, расслаивающая аневризма брюшной аорты, кровоизлияние в брюшную полость.

Следует подчеркнуть, что данный перечень не является исчерпывающим – сложно предусмотреть и перечислить абсолютно все возможные причины развития синдрома острого живота. Скажем, здесь не упоминается перитонит, поскольку почти всегда он является прямым следствием того или иного из перечисленных выше видов патологии.

Симптоматика

Само понятие «острый живот» с необходимостью включает наличие болевого синдрома. Зачастую он выражен в степени нестерпимой, так называемой кинжальной боли, однако было бы ошибкой считать это облигатным диагностическим критерием: боль может быть притупленной или приступообразной, хотя практически всегда обнаруживает тенденцию к нарастанию.

Обязательным симптомом является напряжение мышц передней брюшной стенки, особенно в проекции поражения, и болезненная чувствительность кожи. Следует обратить внимание на отсутствие перистальтики и эвакуации кишечных газов; зачастую наблюдается вздутие живота.

Характерным признаком служит т.н. «маска» или «лицо» Гиппократа: застывшая страдальческая мимика, заострившиеся черты лица, нередко землистая бледность кожных покровов. Многие больные жалуются на выраженную сухость во рту. Отмечается тахикардия, поверхностное частое дыхание – боль не позволяет сделать глубокий вдох и выдох.

Если острый живот развивается в рамках тяжелого соматического заболевания или состояния (см. выше), клиника основного заболевания может доминировать и затруднять анализ ситуации. В других случаях наблюдается неполный или лишь сходный набор симптомов. Поэтому существует ряд четко прописанных критериев диагностики и дифференциации острого живота от имитирующих заболеваний (плевриты и пневмонии в нижних долях, почечная колика, острая сердечная недостаточность, инфаркт миокарда, ушибы и переломы ребер, тазовых костей, позвоночника). Обязателен сбор максимально подробного анамнеза, пальпация, аускультация абдоминальной области. Очень информативным методом догоспитальной диагностики является осторожное пальцевое исследование с ректальным или, у женщин, влагалищным доступом; в ряде случаев именно оно позволяет подтвердить наличие брюшной катастрофы (напр., у лиц с ожирением или у маленьких детей).

В зависимости от клинической картины, состояния больного, предполагаемой причины острого живота при стационировании в срочном порядке производятся необходимые инструментальные исследования (рентген, УЗИ, МРТ и пр.).

Лечение

Подавляющее большинство случаев острого живота требует неотложного, иногда экстренного хирургического вмешательства. Как указано выше, критически важную роль играет фактор времени: согласно современным протоколам, с момента появления характерной клиники до госпитализации больного должно пройти не более шести часов. В такой ситуации многое зависит не только от организации служб неотложной помощи и компетентности приехавшей на вызов бригады, но и от своевременности доврачебной диагностики и обращения за помощью, а также от здравомыслия самого пациента и его родственников (при иррациональном категорическом «отказе от любых операций», как правило, времени на уговоры, подробные лекции и пререкания попросту нет).